Игор ДУЛЯЙ: “В моем городе негде было даже родиться!”

Не знаю, как кому, а лично мне очень симпатичен стиль Игоря Дуляя: и в игре, и по жизни. Это такой парень с отличным видением поля, с неплохой техникой и жгучим желанием играть. При этом – очень вежлив (для футбола даже слишком). В общем, бегающий лысоватый сгусток положительной энергии. В беседе открыт, нечванлив (чем, увы, грешат многие футболисты). Причем по многим моментам демонстрирует житейский опыт, который слабо вяжется с его, прямо скажем, все еще юным возрастом.

А вот еще одна занятная черта его характера. Пару раз смотрели вместе с Дуляем футбол (когда Игорь был травмирован и не мог помогать своей команде на передовой) – просто преображается человек! Откуда только у этого спокойняка берется столько кипучего темперамента? Вскакивает, руками машет, возмущается по поводу судейских ляпов, мягко критикует своих за промахи. А вот врага никогда не ругает. Словом, весьма неплохой футболист у экрана телевизора превращается в идеал болельщика – буен, но справедлив.

Не слишком ли положительный образ получился? Ну, может быть. Недостатки у Игоря несомненно имеются, как и у всякого смертного. Но при этом хорошего явно больше. К слову, еж-ик чаще всего пишет как раз о людях, с которыми приятно и интересно иметь дело.

Солидолы безбуечного города

– Игорь, я знаю, что ты почетный гражданин Тополы. Расскажи, за какие заслуги тебе титул отвалили? Например, в Донецке нет ни единого почетного гражданина из футболистов.

– Это земляки постарались. Решили так меня отметить. Между прочим, тогда мне было всего 17 лет.

– Совсем мальчишка и вдруг – повышенное внимание к твоей особе…

– Дело в том, что я первый человек из города Топола, который попал в серьезную, большую команду. В городе посчитали, что это очень престижно. И этого достаточно для почетного звания.

– То есть иметь своего игрока в белградском «Партизане» – это лестно для всего города?

– Конечно. Это для любого города честь, а уж для такого маленького – тем более.

– Как в Сербии, не знаю, а у нас, если кому-то дают почетное звание, его потом начинают засыпать вопросами – мол, что за это полагается, кроме диплома? Льготы какие-то, деньги, может, право заплывать за буйки и стоять под стрелой, бесплатный проезд на троллейбусе, в конце концов?

– Какой там троллейбус? В Тополе нет ничего подобного. Ни буйков, ни троллейбусов. Это же не такой громадный город, как Донецк. Всего-то 10 000 жителей. Когда я приезжаю погостить домой, везде, куда мне надо, хожу только пешком. Представляешь, машина не нужна! Дольше будешь из гаража выезжать и обратно ставить… И потом, не люблю я ездить на машине. Лучше пешком пройтись – обязательно встретишь знакомых, поговоришь о жизни.

– Ну, хоть жетон какой-нибудь или медаль почетного гражданина выдали? Мэр руку потискал?

– А! В этом плане – полный порядок. Всё было обставлено очень торжественно и красиво. Был мэр, из Белграда специально по такому поводу приехали президент и генеральный секретарь ФК «Партизан», разные серьезные люди собрались.

– Солидолы?

– Кто?

– Ну, у нас так солидняков называют – солидолы.

– Да, были солидолы из столицы и Тополы. Состоялся большой сбор, мне вручили специальную грамоту, цветы. Прозвучали какие-то добрые слова. Я благодарил, смущался. Действительно, тогда я был очень юн. Родители мои тоже были на церемонии. Особо хвалебных слов они мне не говорили, но я же видел, что им было очень приятно. Наверное, они мной гордились.

– Почему гордились? Сейчас не гордятся, что ли?

– Скорее всего, сейчас гордятся еще больше.

Из потомственных купцов

– Твои родители так в Тополе и живут?

– Родители, сестра, два брата – все там.

– У тебя ведь предки торговлей занимаются?

– Есть магазин… Как по-русски сказать, там где хлеб и все такое?

– Сельпо. Нет-нет, лучше – продтовары.

– Этому магазину уже больше 30 лет.

– А я-то думал, что это ты выбился в люди, заработал денег и своим старикам торговую точку купил.

– Нет, как видишь, это было задолго до моего появления на свет. Держать магазин – традиция нашего рода. Насколько знаю, мои предки всегда занимались торговлей.

– Стало быть, социальное происхождение – «из купцов»?

– Так и есть. Я из купеческого рода. У меня и дед и прадед торговали.

– А ты, значит, пошел не в породу. Были у купца три сына – два в бизнесе и один футболист?

– Против исторической правды не попрешь. У тебя же, наверное, тоже в роду не все журналисты?

– Нет, я первый такой не совсем нормальный. Как говорится, в семье – не без журналиста.

– И не без футболиста. Кстати, раз уж мы о таких вещах говорим, то могу заметить, что в Тополе живет уже много поколений Дуляев. Но при этом я родился не там, а за 10 км от Тополы. Город Аранжеловац.

– Как так?

– Топола – городок махонький, без роддома. И больницы-то толком не было. Негде было родиться.

– Один мой знакомый остряк как-то сказал: «Комната была такой маленькой, что негде было исполнить танец живота». Теперь у этого афоризма есть достойная замена: «Город был так мал, что Дуляю негде было родиться».

– Принимается. Хорошая фраза.

Дуляйская сетка

– Ваша страна с некоторых пор называется Сербия и Черногория. Можешь сказать, сколько в национальной сборной сербов и сколько черногорцев?

– Понятия не имею. Есть и те, и другие… Мы же не отличаемся друг от друга – один народ. Если кто-то нас и различает – это политики. Я об этом предпочитаю не говорить, лучше о футболе.

– Ладно, давай о футболе. Ты сейчас играешь в одной команде с хорватами – у вас нормальные отношения?

– Мы дружим. Говорим на одном языке. Как же мы можем не общаться и не поддерживать хорошие отношения? О политике не разговариваем никогда. Все мы приехали в «Шахтер» играть в футбол, а не разбирать, что было раньше. К тому же Срна и Плетикоса – хорошие парни, с ними можно отлично ладить. У нас устойчивая коммуникация. В Донецке целое югославское землячество – в «Металлурге» играют футболисты из Македонии, Сербии. Мы все в обязательном порядке собираемся, общаемся. В принципе, очень неплохая подобралась компания. И я думаю, что это нормально.

– Помнишь, мы как-то с тобой смотрели футбол и обсуждали тему встреч «Днепра» и «Партизана»?

– Да, было такое.

– И ты сказал, что если бы не плохая погода в Белграде, то «Партизан» должен был выносить «Днепр» в одну калитку?

– Так бы и было. «Партизан» – очень сильный клуб, с подборкой квалифицированных исполнителей. Многие игроки с большим европейским опытом. Непонятно, почему команду немножко недооценивают на Украине.

– Упаси Господь. У нас к «Партизану» только уважительное отношение. Действительно, приличный клуб, раз «Днепр» обыграл. Я о другом. О сегодняшнем уровне украинского и югославского футбола взагали.

– Между ними большая разница. Потому что у нас дома есть только две сильные команды – «Партизан» и «Црвена звезда».

– А у нас «Шахтер» и «Динамо».

– Но здесь кроме них еще донецкий «Металлург», «Днепр», «Черноморец». Имеется 5 очень крепких команд. Кроме того, в Украине всегда очень тяжелые матчи – и дома, и на выезде. Даже если играешь с командой, которая занимает последнюю строчку в таблице – это все равно сложный матч. В Сербии, если играешь дома и команда не самая сильная – выиграешь 100%. На Украине – никогда не известно, чем матч закончится. Каждая игра, хоть дома, хоть в гостях – тяжелое испытание и большой сюрприз.

– Уже прилично покатавшись по Украине, ты можешь дать свое авторитетное заключение о футбольной инфраструктуре нашей страны?

– Да, Украину я изъездил вдоль и поперек. Могу сказать, что в отличие от той же Сербии здесь много крупных стадионов. У нас в таком количестве больших спортсооружений нет – 3-4, и всё. Ну, ничего удивительного, Украина большая страна. И если брать в целом футбольное хозяйство, здесь инфраструктура получше, чем в Сербии. Это можешь мне поверить.

– Ты рассказывал, что из «Партизана» к тебе обращались за помощью, и ты их консультировал по «Днепру».

– Да, отправил несколько кассет – «Днепр» в Кубке УЕФА. Кое-что подсказал. Думаю, что пусть и чуть-чуть, но я помог «Партизану».

– Конечно, без тебя бы точно не победили… А ты в случае чего можешь обратиться в какие-то команды, чтобы с тобой поделились футбольной информацией?

– В «Партизан» могу обратиться, там много моих друзей, еще тех, кто со мной играл. Могу позвонить в самые разные клубы Европы, где играют сербы, и получу любую информацию. У меня обширные контакты.

– Слушай, с такой сетью информаторов можно фирму создавать по оказанию консультантских футбольных услуг. Денег заработаешь!

– Нет, не надо. Это информация получается на дружественных контактах. Это не бизнес.

Лучший город Земли

– Интересную историю мне рассказали в Болгарии. Говорят, что сербы отличаются от всех балканских народов. Мол, если на базаре серб что-то продает и у него неровен час украли какой-нибудь перец – бросит весь товар и будет гнаться за обидчиком, пока не поймает и не накажет. Это правда?

– Вот уж не знаю, почему болгары такое придумали. Никогда такого не видел. Особенно на базаре. Да у нас никто перец и не ворует, его же кругом – завались! Нет, это болгары заблуждаются.

– Видимо, не только болгары. Если говорить совсем начистоту, на Украине многие почти ничего не знают о Сербии, как это ни странно! Всё же довольно близкие народы, вместе были в соцлагере – в соседних бараках. А для многих Югославия – это что-то такое, как в фильмах Кустурицы…

– Ха-ха! Веселье, кибитки, автоматы Калашникова?

– Именно. Хулиганистые, безбашенные парни и шкодные девчонки.

– Я могу точно сказать, что в Украине очень мало тех, кто знает вообще что-то о Сербии дальше этих фильмов. Но не сомневаюсь, скоро украинцы будут знать больше. У меня есть заветная мечта – чтобы состоялась товарищеская игра. Чтобы в Белграде встретились «Партизан» и «Шахтер». И я покажу вам самый красивый город в мире!

– Думаешь, Белград – это и есть самый красивый город в мире?

– Я не думаю. Я знаю.

– Допустим, мы в сербских вопросах разбираемся слабо. Но вы-то, братья-славяне, чтО знаете об Украине?

– Тоже очень мало. Для меня было большой неожиданностью, когда я приехал в Донецк и оказалось, что это нормальный город в нормальной стране. Я-то думал, что в сторону Сибири еду, вещей теплых набрал, носочки, варежки. А тут климат, как у нас, люди хорошие, жизнь интересная…

– Да уж, живем мы разнообразно.

– Всегда лучше самому посмотреть, чем слушать, что рассказывают другие.

Давили Давидса, давили, да не выдавили

– Можно сказать, повезло тебе. А ведь мог бы вместо Донецка в такой Тьмутаракани очутиться – в «Ювентусе», «Ньюкасле», «Лидсе»!

– Это давно было, лет 5 назад такие разговоры велись. Ближе всего я был к подписанию контракта с «Ювентусом». Но там условие было – все решить немедленно. У Давидса была дисквалификация (за допинг. – Ред.), туринский клуб спешно искал человека на его место. Уже был готов самолет, чтобы лететь смотреть, что и как в «Ювентусе». Но пока то да сё, Давидсу скостили срок – не 7 месяцев, как предполагалось, а 3 или 4. Так ничего и не сложилось с Италией. С «Лидсом» был разговор, но какой-то формальный, без конкретики. Всё же самый реальный вариант был с «Ювентусом».

– А с «Шахтером» как всё получилось?

– В «Шахтере» мне моментально предложили хорошие условия. Это был деловой и конкретный подход. Не знаю, лучше ли здесь, чем могло быть в Италии, но на тот момент я мог спокойно сесть в «Ювентусе» на скамейку запасных. Бог его знает, где бы я был сейчас. По большому счету, я не люблю фантазировать – если бы да кабы. Мне сейчас хорошо в Донецке – что еще нужно? Подозреваю, что мне было даже проще принимать решение о переходе в «Шахтер», чем многим иностранцам.

– Почему это?

– Здесь уже играл Звонимир Вукич. Он позвонил мне: «Ты еще думаешь? Все бросай, приезжай скорее, не пожалеешь!» Кстати сказать, сейчас в Сербии «Шахтер» уже очень широко известен. Там видели наши матчи в Лиге чемпионов, знают наших игроков. Да и вообще украинский футбол стал довольно популярен, не только в Сербии, понятно – во всей Европе. Хороший имидж создали три команды – «Динамо», «Шахтер», «Днепр».

– С Гавранчичем общаешься?

– Разумеется. Мы давным-давно знакомы, вместе выступаем за сборную, постоянно перезваниваемся.

– Просто вы сейчас играете за команды, которые жестко конкурируют между собой. Не боитесь в дружеской беседе выболтать корпоративную тайну?

– А мы о работе и не говорим.

– К слову, у меня сложилось впечатление, что футболисты нечеловечески много треплются по телефону.

– Точно заметил. Это правда! Считай, что такая футбольная привычка. У нас много друзей, вот мы и ходим всё время с телефонной трубкой у уха.

Артист большого драматического газона

– В «Шахтере» есть несколько крупных землячеств – условно-югославское, бразильское, румынское. И у нас кое-кто из болельщиков (и даже специалистов) считает, что это плохо. Земляки видят на поле только друг друга, чужаков могут и проигнорировать. Ну, ты понимаешь, о чем я.

– Если человек нормальный, он вне зависимости от языка или гражданства будет играть на команду. Мы не смотрим, кто откуда приехал – это было бы вовсе глуповато. Мы же прекрасно понимаем, что зависим один от другого, задачи можем решать только сообща. Конечно, в быту ментальность серба может отличаться от ментальности бразильца. Но на поле это никакой роли не играет.

– Как ты ощущаешь себя в сборной? Место за тобой стабильно закреплено?

– Были времена, когда меня не так регулярно, как хотелось, приглашали. Но сейчас, думаю, я буду постоянно в команде. Главное, чтобы здоровье не подвело, чтобы обходилось без травм.

– Точно, упаси Господь от травм. В матче с «Оболонью» тебя прилично костыльнули. Да и вообще часто достается на орехи. Не страшно после общения с очередным «дровосеком» выходить на поле?

– Еще чего не хватало! Это нормально, работа наша такая. Если стал бояться и беречь ноги, значит, пора искать другое занятие.

– Тебя бьют, а ты крепчаешь? В смысле, я заметил интересную особенность – миролюбивый ты слишком. Бывает: столкновение, брызги в разные стороны, кишки по траве, кровь синим пламенем… Нет, ну это я загнул, конечно. Но случаются жесткие и неприятные стычки, правильно? А ты всегда идешь руку пожать, извиняешься, даже если был прав.

– Считай, что культура у меня такая. Родители научили быть дружелюбным. Вот такой я человек – не могу в ответ ударить, отомстить. Никогда ни на кого не обижаюсь. Могу разнервничаться, но стараюсь тут же взять себя в руки. Неудобно, я же на поле, люди смотрят. Зачем мне имидж скандального человека и грязного игрока? Футболист, он ведь, как артист на сцене, должен публике нести положительные эмоции.

Особенности национального юмора

– Как в Донецке обустроен твой быт?

– Клуб снимает мне хорошую квартиру. Есть женщина, которая делает уборку, занимается стиркой и т.д. Но, в принципе, я долго жил самостоятельно, для меня нет проблем вести хозяйство. Что еще сказать? Со мной любимая девушка. Я в порядке, мне комфортно.

– Болельщикам всегда интересно заглянуть в тарелку или в шкаф к футболисту, узнать, что он кушает, как одевается…

– Нормальная ситуация, так во всем мире. Я обожаю сербскую кухню. Там много великолепных блюд, ничего вкуснее на этой планете не готовят. Спиртное не пью совсем. До приезда в Украину никогда не пробовал вишневый сок, а здесь пристрастился. Постоянно пью «Коку».

– Она же вредная.

– Вредная, я знаю. А нравится. Одежду покупаю, не глядя на фирму. Главное, чтобы это было в меру элегантно и в спортивном стиле. К машинам равнодушен, главное, чтобы двигалась. Давай скажем, что предпочитаю «Фольксваген-Гольф». Скромно и со вкусом.

– Есть команда, которой симпатизируешь? Без «Шахтера» и «Партизана», понятно.

– Таких нет. «Партизан» – это моя первая любовь. А «Шахтер» – вторая.

– Патриотичный ты чувак. Небось, сейчас скажешь, что лучшая в мире сборная – Сербии и Черногории?

– Будет. Когда-нибудь обязательно будет. Что поделаешь, люблю я все сербское – книги, музыку народную, фильмы, актеров.

– Может, хоть одно название скажешь или фамилию исполнителя?

– А вы их все равно не знаете. Мне очень нравятся югославские комедии. У нас специфический юмор, его никто, кроме нас, не понимает. Честно говорю.

– Каким-то спортом, помимо футбола, интересуешься?

– В свое время я играл в волейбол. И, представь себе, довольно прилично. Но это в детстве, когда не нужен был большой рост.

Инстинкт Маттеуса

– В Сербии тебе довелось поиграть под началом легендарного в прошлом футболиста Лотара Маттеуса. Какой из него тренер?

– Между прочим, я считаю, что он может стать таким же великим тренером, каким был и игроком. У него очень подходящий для этого менталитет – хочет, чтобы команда каждый раз выигрывала. Причем не важно, тренировка это или официальный матч. Я доволен, что поиграл под его руководством. Многому научился.

– Луческу сильно отличается от Маттеуса?

– Оба они большие тренеры. Но Маттеус еще молодой, растет. Луческу уже давно матерый специалист, он познал все футбольные премудрости. А в чем они похожи -у обоих есть инстинкт победителя.

– Тебя послушать – замечательно живется в Украине! Неужели нет ничего, что тебя, как иностранца, раздражало бы?

– Единственное, поначалу скучал за домом, родственниками, друзьями. И Украину, понятно, не знал. Теперь всё это прошло. К тому же мы играем так часто, что некогда думать о посторонних вещах и тем более раздражаться.

– Сейчас у тебя идет процесс зарабатывания денег. Капиталы вкладываешь в семейный бизнес? Подумываешь, чем займешься после футбола?

– Сербы никогда не смотрят так далеко. Мы живем сегодня. Такой национальный склад характера. Я уж точно не думаю, чем займусь после футбола. Если даст Бог, хотелось бы играть долго.

– Ты религиозный человек?

– В церковь хожу не часто, но очень сильно верю в Бога. В храм ходит моя мама, она за меня молится.

Источник: Террикон

В записи нет меток.

Новости партнеров

Комментарии: