Меньше суток осталось до главного футбольного события четырехлетия – истинного праздника большого футбола. Отгремят очередные фантастические церемонии, пригласят звезд, зрителям раздадут красивые картонки, чтобы они составили на трибунах какую-нибудь композицию, и уже через несколько минут, не дожидаясь утра, по миру разлетятся яркие фотографии, и обязательно напишут, что это было лучшее шоу в истории чемпионатов мира. Ну или худшее, тут уж как повезет. За этим красивым шоу старательно спрячут то, что чемпионат мира уже не совсем чемпионат мира.
Наверняка вы прочти массу восторженных слов о том, какой прогрессивный ход – расширить чемпионат мира, подарить праздник большого футбола тем, для кого раньше он был недоступен… Реальная жизнь несколько прозаичнее. Чемпионат мира задумывался как элитный клуб. Как дорогой ресторан: для красивых, богатых, успешных. Это не значит, что туда никогда не зайдет человек среднего класса и раз в жизни окунется в мир изысканного сервиса, вежливых официантов и миллиона столовых приборов, поди еще разберись, как ими пользоваться. Расширить элитный клуб – так себе затея. Общество избранных не станет лучше, если разбавить его неудачниками. Если завтра ваш прекрасный ресторан с изысканным интерьером и белыми скатертями наводнят личности сомнительной культуры, ресторан не станет лучше, он превратится в дорогую столовую. Если, например, в школе формировать классы по успеваемости, а потом поддаться давлению и открыть доступ в элитный класс всем подряд, средняя успеваемость класса снизится. Двоечники не станут учиться лучше только потому, что теперь находятся в одном помещении с отличниками. Меж тем, отличники, столкнувшись с более слабой конкуренцией, неизбежно начнут снижать к себе требования и не менее неизбежно придут к деградации.
Люди с более богатым болельщицким опытом, чем у меня, считают, что и 32 команды на чемпионате мира многовато. Отчасти я могу с этим согласиться, отчасти нет. Мне нравилось, что такой формат позволял пробиться на чемпионат командам-сенсациям. Да, они не претендовали на победу, но показывали вполне приличный футбол, порой даже более качественный, чем фавориты на начальных стадиях турнира. Двадцать лет прошло, а я до сих пор помню прекрасный Эквадор, симпатичный Тринидад и Тобаго несравненного Лео Беенхакера образца 2006 года. Или фантастическую Хорватию Мирослава Блажевича, которая в 1998-м поставила на уши весь мир и не просто окрасила всю страну бронзой, но и в некотором роде заявила о своем праве на элитарность. Можно не погружаться в прошлое столь глубоко и вспомнить прошлогодних маленьких бойцов большого фронта Марокко и Японию, наделавших шума и потрепавших признанных грандов. Можно вспомнить чудесную Бельгию образца 2018 года, наигравшую на бронзовые медали. При более жестком формате, вероятно, у многих из этих сборных не было бы возможности себя показать.
Embed from Getty ImagesНужны ли они чемпионату мира? Это, конечно, вопрос дискуссионный, но я за то, чтобы было так. Вы можете возразить, что теперь шансов себя проявить будет у гораздо большего количества команд, и мы увидим еще больше интересного футбола и интересных игроков, о которых, возможно, и не знали никогда.
Нет, не увидим. Все дело в том, расширение количества участников – это ничто иное, как более широкие ворота на входе. Команды попадают на турнир не потому, что они настолько крутые, чтобы играть на чемпионате мира, а потому, что для них есть место. И матчи этих команд должен смотреть зритель. Я не хочу никого обидеть, потому не стану никого выделять, вы сами легко все поймете, лишь бегло взглянув на сетку. И если не убеждать себя в том, что это все для развития футбола, легко можно понять, что падение средней успеваемости неизбежно. Даже при 32 командах слепой справедливый жребий в большинстве случаев создавал группы, в которых условные фавориты на бумаге не должны были иметь больших трудностей. При этом обязательно существовала как минимум одна так называемая группа смерти. Например, на прошлом мундиале в одной компании сошлись Испания, Германия, Япония и Коста-Рика, а четырьмя годами ранее Аргентина, Хорватия, Исландия и Нигерия. Сейчас самой сильной группой считается четверка, в которую входят Франция, Норвегия, Сенегал и Ирак.
А после группового турнира нам любезно подарили еще один раунд плей-офф. И для этого на мундиаль вернули старый добрый отбор лучших третьих команд в группах. Когда-то такое уже было. Разница лишь в том, что сборных на турнире было в два раза меньше. Логично предположить, что в таком формате шансов увидеть на третьем месте сильную команду намного больше. Да и предполагать ничего не нужно, достаточно просто вспомнить 1994 год. Италия вышла в плей-офф как раз с третьего места, дошла до финала, где и состоялась знаменитейшая трагедия всей сборной и Роберто Баджо. Судьба финала решалась в серии пенальти, и именно Баджо выпала ответственность исполнять пятый удар Италии. Мяч после его удара улетел куда-то на трибуны, и Бразилии уже не нужно было завершать серию.
Embed from Getty ImagesЕсли по какой-то причине эта история вас вдохновила, давайте вспомним год 2016, первый чемпионат Европы в расширенном формате. Сборная Португалии весь групповой этап показывала нуднейший убогий футбол, который даже сторонники секты свидетелей идеального футбола не смогут оправдать, потому что он не приносил результата. По счастливой случайности сборная стала одной из лучших третьих команд, доскрипела до финала и выиграла его. Вы, конечно, снова возразите: но ведь выиграла. Да, но без раздутия турнира ничего бы этой сборной не светило бы.
Примерно подобное нас ожидает и сейчас. И чтобы меньше это бросалось в глаза, нам обязательно дадут красивое шоу со звездами. Именно они и должны подтвердить статусность турнира. Знаете, как будто уже все вокруг поняли, что ваш прекрасный ресторан стал дорогой столовой, а вы приглашаете топ-звезду поигрывать под чавканье, чтобы доказать: нет-нет, я все еще элита. И вы никому никогда не расскажете, что сделали звездным исполнителям такое предложение, от которого просто невозможно было отказаться.
И будто бы и этого счастья болельщику было мало, ФИФА огорошила фантастическими изменениями в правилах, которые, вероятно, должны повысить справедливость и усилить дух настоящей игры. Уверена, вы уже давно с ними ознакомились, но некоторые из них заслуживают отдельного внимания. Очень повеселил запрет любым игрокам, кроме капитана, разговаривать с судьей. Не первая попытка установить какой-то порядок на поле, которая, естественно, провалиться. Если, конечно, мы не верим в то, что арбитры начнут размахивать карточками за каждое брошенное слово, превращая матч в еще больший балаган, чем это делают футболисты.
Embed from Getty ImagesНо больше всего впечатлили, конечно, меры, призванные предотвратить затягивание игрового времени. 10 секунд на то, чтобы уйти с поля, 5 секунд на аут и удар от ворот. Так красиво все выглядит. И огромная куча на этом розовом поле надежд – пересмотр VAR правомерности угловых и слежка за толкотней в штрафной до подачи углового. Нет, конечно, это все правильно и ужасно справедливо, но я еще ни разу не видела углового, где бы все смиренно ждали, куда полетит мяч. И если уж апеллировать к букве закона (а именно ради нее все и делается), то правила при этом нарушаются систематически. Означает ли это то, что мы получим дополнительные остановки, пересмотры и размахивания карточками? Без понятия. Ежели так, то гениальное решение этой проблеме уже есть – можно добавлять к матчам еще больше времени. Схема отработана на предыдущем мундиале, успешно приживается в других турнирах, хоть и не в катарских масштабах. Следующим революционным шагом я бы ввела учет исключительно игрового времени. Представляете, сколько футбола стало бы в жизни болельщика. 55-я минута матча (а вы на трибуне третий час, едите сэндвичи с креветками, запиваете их пивом)… я не стану никого выделять, вы легко найдете среди участников подходящие пары… счет по-прежнему не открыт, команды показывают потрясающую волю к победе и динамичный футбол. Вот это был бы репортаж о празднике большого футбола. Подлинное шоу. Шоу, которое затмило футбол. Шоу, которое стало важнее футбола.
