Сергей СТОРОЖЕНКО: \”Как надо не любить украинский футбол и украинского ценителя футбола, чтобы так дерзко обманывать его?\”

Первый вице-президент ФФУ Сергей Стороженко рассказал о резонансных решениях конгресса.

Результаты и решения внеочередного отчетно-выборного Конгресса ФФУ продолжают вызывать широкий резонанс в футбольной среде. Высказывались по поводу конгресса, процедуры его проведения, решений и путей совершенствования отечественного футбола читатели газет, слушатели радио, посетители Интернет-ресурсов и футбольные специалисты.

Слов нет, Конгресс ФФУ вызывал небывалые эмоции, побудил волну обсуждений, массу предположений и критический замечаний. Высказывались все. Теперь, когда страсти немного поутихли, мы решили обратиться к тому, кто может, как всегда, спокойно, рассудительно, объективно, а главное – со ссылкой на правовую норму разъяснить, что же произошло на конгрессе и за его кулисами. Заслуженный юрист Украины, член Юридического комитета УЕФА, первый вице-президент ФФУ Сергей Михайлович СТОРОЖЕНКО любезно ответил на наши вопросы.

– Вы представляли на Конгрессе ФФУ вопрос, связанный с изменениями и дополнениями в Уставе ФФУ. Особую реакцию, особенно у руководителей ПФЛ, вызвали новые положения об органах футбольного правосудия, правовой компетенции и полномочиях этих органов. В чем суть вопроса?

– Прежде всего хотел бы рассказать читателям о том, как мы работали над изменениями и дополнениями к Уставу ФФУ. Сразу оговорюсь, что являюсь сторонником стабильной нормативно-правовой базы и поэтому с крайним неудовольствием отношусь ко всевозможным предложениям об изменении законодательства и, так сказать, нормотворческому зуду. ФФУ начиная с 2000 года на протяжении пяти лет совершенствовала свою правовую базу. Я и мои коллеги изучали опыт ведущих футбольных стран Европы и не стеснялись просьб передать нам документы ассоциаций Франции, Германии, Италии, Англии и других стран. Мы вели активный диалог с УЕФА и всегда откликались на рекомендации европейского футбольного союза. К 2006 году мы имели совершенный документ, нашу футбольную конституцию, которая образовывала строгую вертикаль в украинском футболе, однако была чрезвычайно демократична, предоставляя коллективным членам широкие полномочия.

Затем произошло событие, которое, на мой взгляд, предопределило дальнейшие изменения в уставе. Я говорю об избрании президентом УЕФА господина Мишеля Платини. Сразу же мы получили ряд директив, которыми нам рекомендовалось выполнить серьезные шаги по внесению изменений в наш устав. Прежде всего речь шла о руководящих органах ФФУ и органах осуществления футбольного правосудия. Мы немедля приступили к работе и в короткий срок гармонизировали положения нашего устава с уставами УЕФА и ФИФА. Речь пошла о том, что футбольное правосудие в Украине, как и в других странах, входящих в УЕФА, должно осуществляться на национальном уровне органами ФФУ, а на европейском – в спортивном арбитражном суде в Лозанне. Сотрудники УЕФА приезжали в Украину, проверяли нашу способность соответствовать европейским стандартам качества в футболе и были удовлетворены результатами нашего сотрудничества.

В соответствии с уставами УЕФА и ФИФА, в нашей национальной федерации создан орган футбольного правосудия первой инстанции – это контрольно-дисциплинарный комитет – и орган второй инстанции – это апелляционный комитет. Рассмотрение дела во второй инстанции, апелляционном комитете, приводит к окончательному вердикту на национальном уровне. Дальнейшее и окончательное рассмотрение дела возможно лишь в Спортивном арбитражном суде.

Таким образом, в Украине создана простая и демократичная вертикаль осуществления футбольного правосудия.

Внесены и другие изменения в устав, касающиеся комитетов федерации, функций и полномочий отдельных должностных лиц, прав администрации и т.д. Все это в своей совокупности одобрено специалистами УЕФА и внесено на рассмотрение Конгресса ФФУ. Делегаты конгресса проголосовали за внесение упомянутых изменений в Устав ФФУ. Конгресс прошел в творческой, рабочей обстановке, в полном соответствии с процедурным регламентом ФФУ. Возможно, это, а может, выбор футбольных специалистов – делегатов конгресса в пользу команды Григория Суркиса, а может изменение уставных норм и приведение их к европейскому стандарту понравилось не всем. Но это жизнь, всем не угодишь.

– Все ясно и понятно, но отдельные функционеры стали публично выражать свое недовольство, полагая, что с принятием такой системы осуществления футбольного правосудия сужаются полномочия отдельных коллективных членов. Как быть в этой ситуации?

– Никто, кроме ПФЛ, не выражал своего недовольства. Действительно, руководители ПФЛ, как всегда, в некорректной форме стали задаваться вопросом, \”как КДК будет справляться с таким ворохом забот\” (Р.Сафиуллин), и еще: \”…изменения в уставе, которые принял конгресс, на практике реализовать невозможно… Если мы не будем налагать санкции, то никто этого не будет делать, и мы получим хаос. Ситуация тупиковая, и я не вижу из нее выхода\” (А.Попов). Спешу уведомить всех беспокоящихся – не переживайте, все будет хорошо. Мы не видим тупика. Просто каждый будет действовать в пределах своей компетенции, осуществление футбольного правосудия находится в надежных руках, и никакого хаоса в украинском футболе не случится. Не выдержав переживаний, ПФЛ обратилась в ФФУ с письмом, в котором ее руководители в очередной раз спрашивают, как жить дальше в условиях наведения в футбольном хозяйстве Украины порядка европейского уровня. В ответе Лиге мы вынуждены были вновь напомнить нашим коллегам из ПФЛ, что исключительными и неотъемлемыми полномочиями относительно осуществления футбольного правосудия в Украине в соответствии с пунктом 5 статьи 8 Устава ФФУ и статьей 11 Дисциплинарных правил ФФУ владеет именно ФФУ и реализует их через органы осуществления футбольного правосудия. Лиги (ассоциации) и группы клубов (объединения клубов) в соответствии с пунктом 2 статьи 8 Устава ФФУ и статьями 47, 49 Дисциплинарных правил ФФУ могут осуществлять полномочия по дисциплинарной юрисдикции, если это предусмотрено договором с ФФУ.

На основании пункта 41 Договора \”О взаимодействии Всеукраинской спортивной общественной организации \”Федерация футбола Украины\” и Объединения футбольных клубов \”Профессиональная футбольная лига Украины\” на 2007–2008 годы\” ПФЛ имеет право принимать решения о применении дисциплинарных санкций к клубам, их руководителям, футболистам, тренерам, другим специалистам в соответствии с Дисциплинарными правилами ФФУ. Это право ПФЛ реализует через Бюро ПФЛ. В чем же дело, почему истерика, угрозы хаосом, неразберихой? Понять логику руководства ПФЛ сложно, но можно. Можно, если внимательно анализировать все потуги на полную автономизацию, выход из уставного подчинения, экспансию относительно прав и крайнюю циничность в публичной дискуссии. Так, например, тот же А.Попов страдает в связи с тем, что \”…сегодня любое решение Бюро ПФЛ контрольно-дисциплинарный комитет может отменить\”. \”Это вообще уникальное явление в мировом футболе!\” – патетически восклицает он. В другом интервью этот же автор утверждает: \”Иногда доходило до абсурда, когда обе стороны удовлетворены вердиктом Бюро ПФЛ, а контрольно-дисциплинарный комитет его изменяет…\”

Как же надо не любить дело, которым занимаешься, если так беспардонно извращаешь суть применения правовых норм в мировом футболе?! Как надо не любить украинский футбол и украинского ценителя футбола, чтобы так дерзко обманывать его?! Отмечу, что все это продолжается долгие годы. Под руководством А.Попова Бюро ПФЛ из органа быстрого реагирования, оперативного рассмотрения текущих футбольных дел превратилось в тяжеловесную формально-бюрократическую машину, которая принимает неправосудные решения и при этом хочет иметь статус неприкасаемой.

Все помнят острый конфликт, разгоревшийся между клубами \”Карпаты\” и \”Металлист\”. Болезнь ряда ведущих исполнителей у львовян, непонимание принципов равенства, непрерывности соревнования, соблюдения утвержденного календаря, пренебрежение морально-этическими нормами, присущими украинскому футболу, – все это привело к обострению отношений между клубами, болельщиками, футбольными функционерами. Крайне неблаговидную роль в обострении конфликта сыграло руководство ПФЛ, которое вместо глубокого изучения вопроса, анализа медицинского и правового критерия перевело сугубо правовой спор на рельсы личностных оценок и создания образа врага львовского клуба вообще и ПФЛ в частности.

Надо отметить, что один из руководителей \”Карпат\”, к сожалению, тоже не удержался от злобствования и необоснованных обвинений и попытался преуспеть в этом столь неблаговидном занятии. Каков результат? Поймите меня правильно, дело не в том, кто признан правым в споре двух клубов. Дело в том, как Спортивный арбитражный суд в Лозанне рассматривал этот спор, как мотивировал принятое решение и какова суть этого решения. Ведь вспомните, нас во всех интервью руководители ПФЛ уверяли, что ими принято верное с правовой точки зрения решение, что правы только они, а КДК и апелляционный комитет будут посрамлены в объективном швейцарском суде. Громы и молнии метали в адрес ФФУ, обвиняя в раздувании конфликта, измывались над председателем КДК ФФУ Решко С.М., подвергали сомнению компетенцию юристов ФФУ, апелляционного комитета и мою квалификацию как правоведа и одного из руководителей ФФУ. Дошло до того, что мне в вину вменили то, что я единственный в составе Бюро ПФЛ голосовал против переноса матча \”Карпат\” с \”Металлистом\”.

То есть никто не может в составе Бюро ПФЛ иметь мнение, отличное от мнения руководства Лиги. А если такое мнение есть, то это квалифицируется чуть ли не как преступление против человечества. Хочу повторить: руководители \”Металлиста\” были правы в юридическом споре с самого начала, с первого момента возникновения спора. Я, естественно, поддерживал сторону, имевшую безупречную правовую позицию. Если бы такая позиция была у \”Карпат\” – несомненно, говорил бы об этом. Почему это вызвало такое озлобление, нормальному человеку понять нелегко. Однако прочь эмоции. Каков сухой остаток от раздуваемых ПФЛ очередных мыльных пузырей?

Читаем решение лозаннского суда и сразу понимаем, как ПФЛ водила рукой юристов, выступавших в спортивном суде и пытавшихся поддержать неверную позицию ПФЛ и доказать недоказуемое.

В п.п. 9.2.3. судебного решения сказано, что у суда не возникает какого бы то ни было сомнения в том, что Бюро ПФЛ является \”законным органом\”. Более того, стороны, участвовавшие в устных слушаниях, признали, что ПФЛ является коллективным членом ФФУ.

Во всяком случае, из статьи 27 дисциплинарных правил не вытекает, что КДК ФФУ имеет полномочия лишь в дисциплинарных вопросах, как об этом заявляет апеллянт. Из суммы правовых положений ФФУ также нельзя прийти к выводу, что решения, которые принимаются Бюро ПФЛ в связи с организацией матчей, имеют юридическую неприкосновенность. Таким образом, хотя договор о взаимодействии между ПФЛ и ФФУ определяет, что ПФЛ обеспечивает организацию и управление лигой, договор также специально предусматривает право ФФУ \”осуществлять общий надзор и контроль за проведением соревнований на соответствующем уровне\” и \”осуществлять административное управление и обеспечение справедливости футбола\”. Для обобщения вышеуказанного, отмечается в решении суда, следует указать, что КДК ФФУ имеет компетенцию первой инстанции, а Апелляционный комитет ФФУ имеет компетенцию второй инстанции по пересмотру решений Бюро ПФЛ.

Что еще нужно добавить к судебному решению? Сколько еще нужно судебных решений высшего уровня, чтобы руководители ПФЛ поняли, что только ФФУ имеет право на проведение соревнований, арбитража, инспектирования, допинг-контроля, применение дисциплинарных санкций и многое, многое другое, что прямо или косвенно вытекает из нашего устава? Однако все это с завидным упрямством, достойным лучшего применения, постоянно оспаривается руководством ПФЛ. Часть своих полномочий федерация делегировала ПФЛ, и я вынужден с глубоким прискорбием констатировать, что Лига перестала справляться с объемом переданных ей полномочий.

Возможно, не все ценители футбола разбираются в тонкостях осуществления футбольного правосудия, но они в первую очередь хотят, чтобы футбольный суд был скорым и правым, объективным и честным. Футболисты, тренеры, владельцы клубов, специалисты, журналисты и любители футбола хотят, чтобы все субъекты футбола были равны перед футбольным законом, а наказание служило не средством устрашения, а способом предупреждения нарушений в дальнейшем. Только как это сделать, если основы права и футбольного закона не воспринимаются руководителями ПФЛ и некоторыми членами Бюро ПФЛ как общеобязательные нормы поведения, в контексте справедливости и честности? Как командное желание сотрудников федерации обеспечить на достойном уровне проведение Евро-2012 объявляется руководителем ПФЛ злым умыслом и желанием воспользоваться плодами победы в Кардиффе? Как обеспечить взаимопонимание, когда лидеры ПФЛ хотят лишь конфронтации? Вопросов немало.

Среди них, например, вопрос, имеющий системный характер. Почему решение Спортивного арбитражного суда в Лозанне АСС 2007/A/1264 не изучено и не рассмотрено на заседании Бюро ПФЛ, почему принципиальные правовые решения, опровергающие наивные рассуждения членов Бюро ПФЛ о форсмажорных обстоятельствах и других аспектах футбольной жизни, не направлены для изучения в клубы? Почему лозаннское решение не стало поводом для того, чтобы просто извиниться перед львовянами и харьковчанами, легендарным Стефаном Михайловичем Решко, внесшим такой вклад в развитие футбола в Украине, какой никогда, ни при каких обстоятельствах, ни один функционер ПФЛ свершить не сможет?

Вот и получается, что одни работают, а другие сомневаются, стоит ли работать и брать на себя ворох проблем. Одни добывают для страны Евро-2012, а другие полагают, что эта победа имеет плоды, которыми недобросовестно пользуются. Одни сосредоточены на марше по организации и проведению Евро, а другие не могут найти себе применения и обеспечить законность и порядок в профессиональном футболе. Кто чем занят, решит футбольное сообщество, надеюсь, что ждать осталось недолго.

Источник: \”Команда\”

Новости партнеров

Комментарии: